Газета Файл-РФ – последние новости дня в России
Издаётся с 12 апреля 2011 года
Последнее обновление   18:00   30 Декабря 2014 RSS
Слово о России

Политика Общество Экономика Культура История Галерея
подробности
Общество

Экономисты милостью Божьей: Алексей Косыгин


19 мая 09:55
 
Алексей Чичкин

Глава советского правительства, занимавший этот пост с 1964-го по 1980-й, ещё в середине 60-х предвидел и пытался предотвратить опасность «сырьевизации» отечественной экономики. Как знать, осуществись тогда косыгинские преобразования, наша страна могла бы стать мировым лидером.
Экономисты милостью Божьей: Алексей Косыгин - © РИА «Новости»/Михаил Кулешов
© РИА «Новости»/Михаил Кулешов

По крайне мере, Дэн Сяопин, отец китайских реформ, считал именно так. Увы, инициативы, дававшие народному хозяйству новые стимулы, импонировали далеко не всем в высшем руководстве КПСС…

Он умер через два месяца после отставки, просьбу о которой написал по собственной воле. Советская пресса сообщила о кончине Косыгина только через два дня (!) после ухода Алексея Николаевича из жизни. Помнится, 22 декабря к Центральному театру Советской Армии – там, а не в Колонном зале Дома Союзов проходило двухдневное прощание – стихийно устремились сотни, если не тысячи людей. Среди них были автор этих строк и его сокурсники. Но там, где сегодня станция метро «Достоевская», почти на подходе к театру, нас встретило оцепление – отряд конной милиции. Потом начал вещать громкоговоритель: «Доступ в театр строго ограничен! Просим вас разойтись!» Пришлось подчиниться. В толпе говорили, что власти опасаются «антибрежневской манифестации».

Экономические инициативы Косыгина были системными. Способствовали более динамичному развитию промышленности и внешней торговли, росту конкурентоспособности. Были нацелены на предотвращение сырьевой ориентации экспорта СССР, которую Косыгин и его единомышленники (Кирилл Трофимович Мазуров, Пётр Миронович Машеров, Владимир Иванович Долгих, Константин Фёдорович Катушев, Фёдор Давыдович Кулаков) считали губительной для Советского Союза. Так и оказалось…

Косыгин поддержал идеи, выдвинутые в 1965-м группой передовых советских экономистов. Реформы начали осуществляться с 1965–1967 годов, но были свёрнуты уже к середине 1970-х. Слишком многое приходилось менять в управлении экономикой, внешней торговлей, социальной сферой, на что не соглашалось консервативное большинство в Политбюро. Ибо предполагались, в частности, поэтапное достижение большего уровня хозяйственной, в том числе внешнеторговой самостоятельности предприятий, ограничение административного вмешательства в их деятельность партийных органов, сокращение числа обязательных плановых показателей, активное стимулирование роста производительности труда, обязательное прогнозирование межотраслевых балансов и их внедрение в планирование, появление свободных экономических зон в ряде приграничных регионов СССР. Словом, это была бы высокоэффективная гибкая система, включавшая элементы действующего с 1949 года «рабочего самоуправления» в Югославии и начатых в конце 1960-х «планово-рыночных» экспериментов в КНР.

За 1965–1967 годы, когда началось воплощение косыгинских новаций, выход товарной продукции на единицу основных фондов увеличился более чем на треть; в том числе в сельском, рыбном, лесном хозяйстве, где высока доля ручного труда – минимум на 15%. После почти десятилетнего перерыва возобновился рост объёма экспорта советской продукции глубокой переработки. Соответственно повысилась платёжно-покупательная способность рубля.

Но под давлением «брежневцев», адептом которых был и Юрий Андропов, возглавивший в 1967 году КГБ СССР, преобразования были свернуты… Тому имеются документальные подтверждения.

С начала 70-х нарастали разногласия Косыгина и «косыгинцев» в высшем руководстве страны с брежневским большинством и лично Генеральным секретарем по многим аспектам внутренней и внешней политики. Таким, например, как быстрый рост сырьевого, особенно углеводородного экспорта, политизация экономического планирования и потому уменьшающаяся его достоверность. Эти противоречия привели к стагнации, а затем и к фактической отмене косыгинских преобразований.

Идеолог и руководитель китайских реформ Дэн Сяопин отмечал, что «если бы экономические преобразования Косыгина удались, то, возможно, мы бы снова учились у СССР». Алексей Николаевич понимал трагизм ситуации как никто другой. В апреле 1971-го в Праге, беседуя с чехословацким премьер-министром Любомиром Штроугалом, удручённо заметил: «Ничего не осталось, всё рухнуло. Реформы попали в руки людей, которые их вообще не хотят. Людей, с которыми я разрабатывал материалы (по экономическим преобразованиям – А.Ч.), уже отстранили. И я уже ничего не жду...»

Между тем некоторые косыгинские нововведения стали воплощаться в СССР еще в конце 1940-х – начале 1950-х. Такие предложения Косыгина и Шепилова, как снижение количества обязательных плановых показателей, более широкое распространение хозяйственного расчёта, некоторое ограничение партийного управления экономикой, создание совместных с соцстранами предприятий и территориально-производственных комплексов, тщательное составление межотраслевых балансов, были одобрены тогдашним руководством страны и стали, можно сказать, теоретической платформой всесоюзных дискуссий о хозрасчёте (1949 г.) и социалистической экономике (1951–1952 гг.)

С некоторыми своими предложениями Косыгин вышел на трибуну XIX съезда КПСС. В частности, отметил «необходимость стимулирования производственной и потребительской кооперации, творческого подхода к планированию, жёсткого контроля за использованием сырья и полуфабрикатов, стимулирования комплексной переработки сырья в местах его сбора/производства». Последнее, по словам выступавшего, «сократит как излишне дальние и другие нерациональные перевозки по стране, так и необоснованное дублирование производства». Косыгин отметил важность «нешаблонного использования фондов материального стимулирования», «развития экономического новаторства на предприятиях» («Правда», 10 октября 1952 г.)

Сталин распорядился с середины марта 1953-го назначить Косыгина предсовмина РСФСР и своим первым заместителем по Совету Министров СССР. Но после смерти вождя о его решении «забыли». А начатые было экономические преобразования оказались свёрнутыми уже в середине 50-х.

В октябре 1964-го Косыгин всё же стал председателем Совмина СССР, но уже во второй половине 1960-х главу кабинета фактически отстранили от принятия важнейших решений. А чтобы не мешал политической и административной «первородности» Брежнева, последний в 1977 году стал еще и председателем Президиума Верховного Совета СССР. Этим было существенно уменьшено влияние предсовмина и его сторонников в Политбюро.

Помимо дара экономического предвидения и поистине энциклопедических знаний, Косыгин обладал выдающимися дипломатическими способностями. Достаточно сказать, например, что именно при его участии удалось урегулировать арабо-израильские военные конфликты 1967 и 1973 годов, добиться прекращения американских бомбардировок Индокитая в начале 1970-х, не допустить перерастания локального советско-китайского вооружённого столкновения в полномасштабную войну.

Фото ИТАР-ТАСС

Пожалуй, наименее известная страница биографии Косыгина – его роль в ослаблении советско-китайского противостояния и постепенном налаживании межгосударственных отношений с КНР. Это стало возможным благодаря переговорам с премьером Госсовета КНР Чжоу Эньлаем 11 сентября 1969 года в центральном аэропорту Пекина. Политбюро назначило Косыгина главой советской делегации – приняв во внимание и его дипломатические успехи, и былые, всегда результативные контакты с китайским руководством. Встреча на высшем уровне была инициирована самим Косыгиным. Он лично договаривался о ней с Чжоу Эньлаем.

Китайская сторона выступала за отвод крупных воинских соединений и ракетных частей по обе стороны границы, за переговоры по уточнению демаркационной линии, а также по торговым и гуманитарным вопросам. Встреча в пекинском аэропорту длилась почти четыре часа. Тональность переговоров была жёсткой, но не враждебной. Главным результатом стало обоюдное согласие прекратить враждебные акции на границе и передислоцировать войска на рубежи, которые занимались ранее. Важным было и то, что премьеры договорились возобновить транзит через Китай советских грузов во Вьетнам и Лаос, прерванный ещё весной 1967-го по решению руководства КНР.

После обсуждения других вопросов стороны решили подписать документ о мерах совместного контроля в приграничной полосе. Договорились о развитии торговли и культурного обмена, восстановлении научно-технического сотрудничества, а также о продолжении помощи Вьетнаму и Лаосу, борющимся с агрессией США.

Коренного поворота в советско-китайских отношениях, как известно, не произошло. Более того, вскоре опять стала нагнетаться напряжённость. Но этот вектор задавали другие «знаковые» фигуры из Политбюро…

Тем не менее, внешнеполитическая заслуга Алексея Николаевича Косыгина исключительна. Она состоит в том, что, прежде всего, его усилиями была предотвращена советско-китайская война. Эта и другие малоизвестные страницы деятельности выдающего деятеля советского государства заслуживают дальнейшего изучения, так как представляют огромный интерес не только для специалистов, а могут быть востребованы в нынешних политических условиях.

При подготовке материала были использованы фото ИТАР-ТАСС.

Версия для печати
Оставьте комментарий первым
комментарии
подробности
отражения