Газета Файл-РФ – последние новости дня в России
Издаётся с 12 апреля 2011 года
Последнее обновление   18:00   30 Декабря 2014 RSS
Слово о России

Политика Общество Экономика Культура История Галерея
подробности
Экономика

Круглый стол «Файла-РФ». Форпост российского развития


17 сентября 09:00
 
Владимир Вернадский, Александр Приходин

Прошедший саммит АТЭС ускорит рост экономики Дальнего Востока, предсказывают эксперты. За многомиллиардными вложениями государства последуют частные инвестиции. Но есть и другая точка зрения: с сокращением бюджетного финансирования, выделявшегося на мегапроекты к форуму, регион ждёт приостановка в развитии.
Круглый стол «Файла-РФ». Форпост российского развития - Мост через бухту Золотой Рог. Фото ИТАР-ТАСС.
Мост через бухту Золотой Рог. Фото ИТАР-ТАСС.

«Файл-РФ» провёл дискусионный круглый «стол», где свои взгляды на развитие Дальнего Востока представили директор Тихоокеанского центра стратегических разработок, доктор экономических наук Михаил Терский, руководитель Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов, директор Института экономических исследований Дальневосточного отделения РАН академик Павел Минакир, эксперты «Файл-РФ» Владимир Вернадский и Александр Приходин.

Эмблема саммита АТЭС на центральной площади Владивостока. Фото ИТАР-ТАСС.

Михаил Терский: Помню двухлетней давности призыв Владимира Путина к созданию «гармоничного сообщества экономик от Лиссабона до Владивостока». Да, теоретически оно возможно, и я – двумя руками «за». Но это – перспектива. Мир ждёт десятилетие нестабильности. Мы будем жить в эпоху более частых и разрушительных экономических потрясений.

Приморский край попадает в наиболее сложную ситуацию. В 2012 году отсюда уходят сотни миллиардов правительственных денег, выделенных на подготовку к саммиту АТЭС, а следом – строители, что означает снижение спроса на товары и услуги. И это ничем не замещается…

Павел Минакир: Панические настроения некоторых экспертов объясняются не только завершением финансирования по планам подготовки саммита. В следующем году заканчивается действие Федеральной целевой программы развития Дальнего Востока и Забайкалья. Звучат призывы придумать новые масштабные проекты, чтобы поток инвестиций не иссяк.

На самом деле за всем этим скрывается наивное и даже вредное заблуждение, основанное на поверхностном понимании того, как формируется экономическая мотивация и откуда вообще берутся деньги. Они порождаются не правительством и спонсорами, и уж тем более не героическими усилиями чиновников, а исключительно коммерческим интересом. При его отсутствии речь следует вести не об инвестициях и экономическом освоении территории, а о социальном обеспечении.

Продолжающиеся крупные вложения в реальные объекты природно-ресурсного потенциала Дальнего Востока, обрабатывающую промышленность и инфраструктуру – вот источник развития и гарант будущих инвестиций. Всякие фантастические прожекты могут даже помешать нормальному, сбалансированному освоению территории, внося элементы штурмовщины и политизируя экономику.

Сборочный цех автозавода «Соллерс-Дальний Восток».

Владимир Вернадский:  Говоря о будущем месте Дальнего Востока, мы имеем в виду конвертацию выгодного положения в экономические и соответственно социальные приобретения. И здесь важно определиться, что важнее: ориентация на экспорт или на внутренний рынок, встраивание в мировые производящие сети или развитие «нишевых» отраслей и предприятий.

Михаил Терский: Выгодное положение само по себе мало что даёт. Да, проложен сырьевой транспортный коридор, есть нефтепровод Восточная Сибирь – Тихий океан (ВСТО), есть газопровод Сахалин – Хабаровск – Владивосток. А где наш выигрыш? В строительстве нефтепорта в Козьмино и завода по сжижению газа? Сами по себе эти объекты дают локальную эффективность в виде ограниченного количества занятых на них людей. Но трубопроводы не генерируют развитие. Они дадут ему толчок, если во Владивостоке будет создана нефтяная (всё-таки ВСТО – новая марка нефти) или газовая фондовая биржа, и мы станем мини-Гонконгом.

Юрий Крупнов: «Встраивание» в азиатские рынки подразумевает максимальную эксплуатацию сырьевых богатств края. На мой взгляд, это узкое понимание назначения Дальнего Востока. Данная модель связана с исключительно государственными бюджетными вливаниями в регион и его поддержкой как важной окраины федерального центра.

Инновационные потоки, куда нас якобы могут «встроить» китайцы, – это вообще фантазии. Все происходит наоборот. Наши соседи строят не только автомобилестроительные кластеры, но и нефтехимические, лесоперерабатывающие, то есть основанные на наших ресурсах. Мы же, вместо того, чтобы ставить задачи научно-технологического и промышленного прорыва на Дальнем Востоке, обсуждаем, куда «встроиться».

Владивостокский морской торговый порт. © РИА «Новости» / Виталий Аньков.

Надо исходить из другого понимания региона – не сырьевого придатка, «самовыживающей провинции», а форпоста российского развития. Дело не только в геополитике и геоэкономике, но ещё и в том, что глобальный кризис, который будет только усугубляться, во многом отменяет экспортно-сырьевую ориентацию государств, делает её неперспективной.

Возникает потребность в реализации иной модели – опережающего развития Дальнего Востока. Экономический центр мира уже переместился в северо-восточную Азию. Мы должны присутствовать в нём своей авангардной частью. Логическим завершением моей точки зрения является решение о создании нового центра российского развития – вплоть до переноса столицы нашей страны на Дальний Восток.

Роль Владивостока особенно повысилась после проведения в этом городе 2–9 сентября саммита организации Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). Город получил в качестве бонуса масштабную реконструкцию дорожной сети, обновление коммуникаций, современный деловой центр, а также новые корпуса Дальневосточного федерального университета, который будет одновременно и учебным, и научно-исследовательским заведением. В идеале Владивосток должен встать в один ряд с крупнейшими деловыми центрами всего Азиатско-Тихоокеанского региона. Власти Приморья рассчитывают, что саммит АТЭС-2012 может способствовать увеличению туристического потока в регион до 10–12 миллионов человек в год. 

Павел Минакир:На мой взгляд, правильнее было бы говорить о встраивании Дальнего Востока в определённую стратегию экономического поведения государства. Оно даёт частному бизнесу ориентиры инвестиционной политики. Возьмём для примера деятельность международного консорциума по освоению углеводородных ресурсов на шельфе Сахалина. Большие инвестиции провели к созданию совершенно новой экономики не только на этом острове, но и на всём Дальнем Востоке. Да, сейчас более 75% всего его экспорта составляют углеводороды, рудное сырьё, металлы. Но инвесторы продолжают вкладывать деньги не только в добычу, но и в нефтепереработку, морские порты, автомобильную и авиационную промышленность, недвижимость, транспорт, торговлю.  В итоговой декларации саммита АТЭС подтверждаются обязательства экономик входящих в эту организацию стран по отказу от протекционистских действий.

Центрифугирование лососёвой икры. © РИА «Новости» / Алексей Куденко.

Владимир Вернадский:  И всё-таки: существуют различные проекты по специализации Дальнего Востока и в частности Приморья. Говорится о выгодности развития региона как транспортного узла международного значения, существуют планы создания научно-образовательного и даже финансового центра. Есть предложение развернуть здесь экспортоориентированную переработку биоресурсов моря и сельскохозяйственной продукции...

Михаил Терский: Можно говорить о логистическом кластере. Главная его производительная сила – наши дальневосточные порты. И на Балтике, и на Чёрном море существуют ограничения по объёмам транспортных перевозок, есть пределы развития и у грузовой, перевалочной базы. В России только на Дальнем Востоке и, может быть, ещё в Мурманской, Архангельской областях имеется практически неисчерпаемый резерв «мощностей».

И мы начинаем увеличивать грузовые базы в портах от Камчатки до юга Приморья. Но все наши мощности были построены под рентоориентированную экономику. И если спрос на сырьевые ресурсы начнёт сокращаться, ситуация станет острой – для других грузов наши порты пока мало приспособлены.

Юрий Крупнов: Закрепление экспортно-сырьевой ориентации Дальнего Востока – это, по сути, колониальное отношение к нему, обречение на прозябание в отстое, как сказал мне один молодой человек, здесь живущий.

На мой взгляд, уже в ближайшее время можно реализовать несколько проектов. Прежде всего, надо вести речь о создании дальневосточного космического кластера. С этой целью я бы предложил заняться обустройством Свободненского района в Амурской области и переносом туда научных и промышленных предприятий, связанных с космосом.

Продуктивна концепция «восточного коридора», соединения Сахалина с материком, строительства высокоскоростных магистралей, которые изменили бы географию региона.

Дальневосточный федеральный университет (ДВФУ). © РИА «Новости» / Рамиль Ситдиков.

Такой подход подразумевает проведение политики, которая позволяла бы талантливой российской молодёжи видеть в планах своего переезда на Дальний Восток уникальные возможности не только для карьеры, но и для духовного роста.

Существуют идеи создания новых молодёжных экогородов около космодрома Восточный и под Хабаровском. Программа «Дом дальневосточника» предполагает строительство таунхаусов и коттеджей, которые с точки зрения функциональности не уступают городским квартирам, но благодаря архитектуре и среде дают ощущение полноценного комфорта. Ещё четыре года назад нашим институтом была предложена идея государственного жилищного сертификата дальневосточника. Депутатом законодательного собрания Хабаровского края Михаилом Сорокиным разработан проект федерального закона, формируется механизм привлечения населения на Дальний Восток. Каждая молодая семья (и проживающая здесь, и приезжая) получает такой дом в рассрочку и, продолжая работать в регионе, в течение 10 лет погашает его стоимость. Такая практика в случае одобрения законопроекта станет реальностью.

На Дальнем Востоке – уникальные возможности поправить здоровье: совокупность бальнеологических факторов и природно-климатических условий. Здесь может быть реализована программа на основе синтеза восточных практик и достижений современной российской медицины. Кстати, такая программа будет находиться в русле усилий стран АТЭС (как свидетельствует итоговая декларация саммита) по содействию «зелёному» росту и поиску практических, содействующих расширению торговли, ответов на глобальные экологические вызовы.

Александр Приходин: Полпред президента Виктор Ишаев и губернатор Амурской области Олег Кожемяко предложили на саммите создать в регионе «алоговые каникулы», снизить таможенные пошлины, утвердить льготы для предприятий. Создать наиболее благоприятный режим для предприятий с иностранным капиталом. Олег Кожемяко определил основные направления развития области – транспорт, вторая очередь БАМа, разведка полезных ископаемых, увеличение пахотных земель...

Юрий Крупнов: Нужна концентрация лучших сил страны на том, чтобы создать центр опережающего развития. Как показала подготовка к саммиту АТЭС, реализация общественно значимых проектов – вполне достижимая цель. Во Владивосток был проложен газопровод. Мосты между материком и островом Русский были несбыточной мечтой многих поколений горожан. Теперь они возведены – через пролив Босфор Восточный и бухту Золотой Рог – и стали гордостью строителей.

Владимир Вернадский: Появилась идея корпорации по развитию Дальнего Востока. В итоге она реализовалась как федеральная структура управления регионом. Но пока трудно прогнозировать результаты…

Михаил Терский: Это позволит сконцентрировать возможности государства, частного бизнеса и инвесторов… Когда понятно, куда идти, есть алгоритмы движения, нужно определиться, кто осилит дорогу и сможет достичь цели. У меня большие сомнения в перспективности и даже в компетентности многих региональных команд. Нынешний местный менеджмент вряд ли способен в полном объёме реализовать запущенный в стране механизм модернизации. Ключевая проблема региональных администраций – умение взаимодействовать с бизнесом. Государство как член «команды» нормализует эти отношения.

Александр Приходин: Кстати, примеры такого продуктивного взаимодействия между представителями государства, регионов и бизнеса были продемонстрированы на саммите АТЭС. Губернатор Приморья Владимир Миклушевский  заявил: «То, чего удалось добиться приморской делегации, трудно переоценить. Подписаны соглашения с Внешэкономбанком, Российским фондом прямых инвестиций, Фондом развития Дальнего Востока… Банком Mitsubishi UFG – третьим по величине банком в мире, причём… по инициативе именно японской стороны». Заметим, кстати, что японская делегация проявила также интерес к поставкам российского сжиженного газа.

Михаил Терский: Позвольте, я вернусь к предыдущему вопросу.  Кое-кто, конечно, обеспокоен тем, что региональные органы власти лишатся возможности участвовать в освоении федеральных бюджетных ресурсов. Есть опасения, что всё это затевается для распечатывания «кладовой», не распределённых месторождений. Если цель – освоение как можно большего объёма природных ресурсов, то проект вряд ли окажется эффективным в масштабе страны, поскольку сырьевая направленность экономики только возрастёт. Но я считаю, что эти недостатки носят временный характер. При движении вперёд одни функции отомрут, другие трансформируются – и появится оптимальная модель управления. Вселяет оптимизм то, что развитие Дальнего Востока заявлено как межрегиональный проект, какого никогда раньше не было, если не считать газо- и нефтепроводы.

Павел Минакир: Для развивающихся территорий, имеющих очевидные инфраструктурные, институциональные и социальные дефекты, уповать исключительно на «невидимую руку» рынка по меньшей мере безграмотно, а с политической точки зрения – опасно. Однако и рассчитывать на исключительную силу политико-экономической и финансовой централизации в условиях, когда страна всё более погружается в систему глобальных взаимодействий, не менее ошибочно. Очевидно, что истина действительно лежит посередине. То есть формирование институтов агрессивной рыночной инициативы должно сочетаться с акцентированной государственной поддержкой наиболее уязвимых сегментов региональной экономики и социальной среды.

Но независимо от того, как будут сконструированы эти институты и механизмы регулирования процессов развития на востоке России, созданная здесь и интенсивно формирующаяся экономическая система будет и в перспективе генерировать стимулы для хозяйственной деятельности  соответствующие финансовые, материальные и людские потоки. 

Версия для печати
Оставьте комментарий первым
комментарии
подробности
отражения