Газета Файл-РФ – последние новости дня в России
Издаётся с 12 апреля 2011 года
Последнее обновление   18:00   30 Декабря 2014 RSS
Слово о России

Политика Общество Экономика Культура История Галерея
отражения
Культура

Никас Сафронов: Россия – спасение мира

14 июня

Николая Степановича Сафронова, больше известного под именем Никас, любителям изобразительного искусства подробно представлять совершенно излишне не только у нас в стране, но и по всему земному шару. Ибо таких, как он, виртуозов и в то же время модных, чрезвычайно востребованных художников в мире – считанные единицы. Представляя своё творчество читателям «Файл-РФ», Никас Сафронов ответил на вопросы нашего корреспондента.

– Многие вехи на пути развития культуры, искусства, так или иначе идентифицированы, промаркированы. Мы все что-то слышали о Возрождении и барокко, импрессионизме и экспрессионизме, модерне и классицизме, авангарде. Что, по-вашему, актуально теперь?

Конечно, есть направление, которое пока детально не обозначено и во многом повторяет то, что было у нас примерно 100 лет назад. Давайте условимся называть его «авангардизмом» или, если угодно, «неоавангардизмом». Это направление, во многом вторичное, облечено в некую форму и делится на разделы и подразделы. Наверное, вполне допустимо определять их, по аналогии с изобразительным искусством вековой давности, как акционизм, абстракционизм, дадаизм, кубизм и т. д., и т. п.

Но как это ни парадоксально, в XX веке авангард был своего рода предтечей реализма (у нас, соответственно, соцреализма).

Ближе к нашим дням реализм начал испытывать сильное тяготение, притяжение к приставке «сюр». «Сюрреализм», понятый подобным образом, представляет собой один из самых серьёзных, самых выразительных жанров

– Нередко вы отдаёте предпочтение в искусстве прекрасному, чистоте. Не уход ли это, причём сознательный, от далеко не безоблачного нашего бытия – от реализма, попросту говоря? Насколько оправдана подобная «эмиграция»?

– Реальность с реализмом никуда от нас не денутся. Чернобыль, взорванные башни-близнецы и вагоны метро, смерть и увечья, муки и страдания людей – всё это остаётся в нашем сознании и в памяти каждого из нас. Но стоит ли весь этот ужас усиливать в восприятии зрителей средствами живописи? Однозначного ответа на этот вопрос, полагаю, нет. Фотографически точные изображения кошмарных сцен – всё-таки не мой стиль. Не вижу в нём для себя чего-то обязательного, безусловно необходимого. В наше время для этого существует множество других изобразительных средств.

Ещё в советское время, работая главным художником в журнале «Ровесник», я призывал своих сотрудников избегать иллюстраций «в лоб» – например, в публикациях, посвящённых дорожным авариям. Ни к чему, говорил я им, рисовать выскочившую из-за поворота машину, которая вот-вот переедет, убьёт споткнувшегося посреди проезжей части бедолагу. Лучше использовать в этом случае некую профессиональную метафору.

– В духе сказанного предложите, пожалуйста, собственные трактовки двум-трём вашим произведениям.

– Вот картина «Ностальгия или Плачущий ангел». На ней мальчик с ангельскими крыльями, который скорбно плачет на развалинах некоего дома. Что за дом? Первое, что приходит на ум, – это останки здания, уничтоженного взрывом. Здесь не видим разорванных на куски или просто мёртвых человеческих тел. И даже живых людей, объятых ужасом и отчаяньем, не видим. Но вполне можем предположить: они только что тут были.

И, думаю, вовсе не обязательно их изображать, дабы придать зрителю какое-то настроение, впечатление. Вполне хватает для этого разбросанных повсюду в страшном беспорядке знакомых и привычных каждому вещей, пришедших в абсолютную негодность. Вид этого юного ангела нам как бы говорит: «Люди, остановитесь, одумайтесь!» И всё. Этой или другой похожей по смыслу, скупой, предельно лаконичной фразы достаточно.

А дальше вдумчивый зритель вправе домыслить написанное. То ли это дом, уничтоженный чудовищным терактом. То ли это наш бывший общий дом – государство, которое мы в одночасье, по меркам истории, разрушили, заранее не позаботившись построить для себя новое, более просторное и светлое, комфортное во всех отношениях жилище. И остались на развалинах…

Сюжет следующей работы, «Благословение рыцаря Ангелом печали», примерно таков. Некий рыцарь, будучи ревностным католиком – а точнее, по обыкновению своего времени, выдающий себя за такового, – перед крестовым походом приходит в храм. Он обращается к Богу, моля его: «Благослови, Господи, на трудный и опасный поход. Иду в Святую Землю, дабы отвоевать Гроб твой, покарать и вразумить безбожных язычников». В ответ рыцарь слышит голос Ангела: «Иди, но знай, что ты погибнешь».

Тут как бы за кадром остаются истинные мотивы рыцаря, лицемерно прикрывающего свои намерения заявленными благими помыслами. Ведь он идёт на чужбину грабить, убивать ради богатой добычи, нести с собой неисчислимые бедствия и разрушения. Но осеняющий себя крестным знамением рыцарь полагает, что своими мольбами и молитвами он способен провести, обмануть самого Творца.

На картине «Бог нефти» я нарисовал выходящее из моря чудовище. Оно довольно доброе по внешнему виду – даже, можно сказать, гостеприимное и щедрое. Однако оно может быть и злым. Очень злым, безжалостным, мстительным. Его разбудили, пробурив, изранив землю, извлекая на её поверхность чёрную кровь – нефть. И это израненное чудовище в своём мстительном порыве может жестоко отплатить обидчикам. Оно может смести их с лица земли, утопить в этой самой нефти…

– Обязан ли художник быть гражданином, читай, патриотом?

Конечно, обязан. Только социально ответственные люди могут «вытянуть» мир. Если в сфере культуры творится бардак, то и во всём обществе будет происходить нечто подобное. Если актёры выходят на сцену, чтобы плюнуть и высморкаться, то и их зрители станут плевать и сморкаться безо всякой на то нужды.

Если люди искусства не будут увлекать своим позитивным примером других, перестанут уважать свою историю и свою страну, поднимать её престиж в мире, нас всех ожидает мутная и смутная будущность.

Россия была, есть и будет, как бы банально и пафосно это ни звучало. Всё возвращается на круги своя – и в живописи, и в музыке, и в кино, и так далее. Мы, конечно, много перенимаем за рубежом, но ведь и своего, поистине ценного, непреходящего, оригинального, самобытного у нас запас колоссальнейший.

По многим предсказаниям и даже устойчивым верованиям, разбросанным территориально и национально по всему земному шару, Россия – спасение мира.

На генном уровне в нас, русских, заложена любовь к прекрасному, к подлинно прекрасному. Как же тут не быть патриотом и гражданином!

Версия для печати


комментарии
подробности
отражения